Неточные совпадения
Не только в
творческой русской мысли, которая в небольшом кругу переживает период подъема, но и в мысли западноевропейской произошел радикальный сдвиг, и «передовым» в мысли и
сознании является совсем уже не то, во что продолжают верить у нас слишком многие, ленивые и инертные мыслью.
Вера в человека, в его
творческую свободу и
творческую мощь возможна лишь для религиозного
сознания, а никогда не для позитивистического
сознания, которое смотрит на человека, как на рефлекс материальной среды, природной и социальной.
Русские все еще не поднялись до того
сознания, что в живой,
творческой мысли есть свет, преображающий стихию, пронизывающий тьму.
Наше социальное
сознание не было
творческим.
Только решительное обращение нашего
сознания к глубине национального бытия и к широте бытия всемирно-исторического ставит перед нами захватывающие
творческие проблемы.
Новая жизнь ожидалась исключительно от изменений социальной среды, от внешней общественности, а не от
творческих изменений в личности, не от духовного перерождения народа, его воли, его
сознания.
Будущее великого народа зависит от него самого, от его воли и энергии, от его
творческой силы и от просветленности его исторического
сознания.
Религиозное же
сознание должно бороться с этими разлагающими и обессиливающими теориями социальной среды во имя
творческой активности человека, во имя его высшей свободы, во имя высшего смысла жизни.
Наше
сознание идет преимущественно отрицательным, не
творческим путем.
Подлинное национальное
сознание может быть лишь
творческим, оно обращено вперед, а не назад.
Перед человечеством становятся все новые и новые
творческие задачи, задачи
творческого претворения энергий, исходящих из темной, изначальной глубины бытия в новую жизнь и новое
сознание.
Творческие исторические задачи выпадали из поля зрения исключительно моралистического
сознания.
От этого
сознания творческой работы внутри себя и теперь пропадала у него из памяти страстная, язвительная Вера, а если приходила, то затем только, чтоб он с мольбой звал ее туда же, на эту работу тайного духа, показать ей священный огонь внутри себя и пробудить его в ней, и умолять беречь, лелеять, питать его в себе самой.
Не только
творческая мысль, но и
творческая страсть, страстная воля и страстное чувство должны расковать затверделое
сознание и расплавить представший этому
сознанию объективный мир.
В глубине это есть дерзновенное
сознание о нужде Бога в
творческом акте человека, о Божьей тоске по творящему человеку.
Я понял, что
сознание греховности должно переходить в
сознание творческого подъема, иначе человек опускается вниз.
Учение Вл. Соловьева о богочеловечестве, доведенное до конца, должно бы привести к активной, а не пассивной эсхатологии, к
сознанию творческого призвания человека в конце истории, которое только и сделает возможным наступление конца мира и второе пришествие Христа.
Во вторую половину века интеллигенции, настроенной революционно, пришлось вести почти героическое существование, и это страшно спутало ее
сознание, отвернуло ее
сознание от многих сторон
творческой жизни человека, сделало ее более бедной.
Социально-революционная тема, когда ей отдавались целиком, подавляла
сознание, вызывала конфликт с
творческим богатством мысли, с цветением культуры.
Те, которые верят в миссию России, а в нее можно только верить, те всегда видели и всегда будут видеть это призвание в
творческом достижении религиозного синтеза, религиозного синтеза и в жизни и в
сознании.
Не в отношении христианства к плоти и земле мука нового и все же христианского религиозного
сознания, а в отношении христианства к творчеству, к
творческому вдохновению, к теургии.
И христианство, выполнявшее свою историческую миссию, в
сознании своем не вмещало понимания смысла
творческой истории, смысла мировой культуры.
Совершающееся искупление как бы закрывало
творческую тайну космоса, и человечество все соединялось с тленной плотью этого мира, которую проклинало в своем аскетическом
сознании.
Творческое общественное освобождение освящается христианским
сознанием.
Слишком ясно для полного религиозного
сознания, что спасение есть дело всемирно-исторической жизни, всемирно-исторической
творческой работы над плотью этого мира, всемирно-исторической подготовки воскресения, а не индивидуального перехода в другой мир путем смерти, путем выхода из исторической жизни.
В новые времена иссякает в господствующем
сознании творческое дерзновение.
Западная католическая культура с ее томлением и устремлением вверх имеет свою
творческую миссию, но на почве восточноправославной мистики легче рождается
сознание апокалипсическое, так как Церковь православная не претендовала быть, подобно католической, уже осуществленным Градом Божьим на земле.
Мертвенно и реакционно то религиозное
сознание, которое принижает творчество, не видит в
творческом подъеме божественного света.
Обыденность (man sagt, on dit, говорят) есть охлаждение
творческого огня жизни, и нравственное
сознание в обыденности всегда определяется не тем, что думает сама личность, а тем, что думают другие, не своей совестью, а чужой совестью.
Творческий процесс в
сознании всегда уже вторичный и охлажденный.
Человек есть не только существо греховное и искупающее свой грех, не только существо разумное, не только существо эволюционирующее, не только существо социальное, не только существо больное от конфликта
сознания с бессознательным, но человек есть прежде всего существо
творческое.
Этика в глубоком смысле слова должна быть учением о пробуждении человеческого духа, а не
сознания,
творческой духовной силы, а не закона и нормы.
При сужении
сознанием человеческой природы она делается маловместительной и невосприимчивой и чувствует себя отрезанной от источников
творческой энергии.
Но эту дырочку
сознание, средне-нормальное и средне-общее
сознание пытается закрыть, и тогда трудно человеку обнаружить все запасы
творческой энергии и все присущие ему дары.
Рыцарство было огромным
творческим завоеванием в моральном
сознании.
В романтизме есть много дурного и бессильного, но вечная правда романтизма — в этой раненности неправдой объективации, в
сознании несоответствия между
творческим вдохновением и
творческим продуктом.
Апокалиптическое
сознание может быть консервативным и реакционным — и часто таким бывало — и может быть революционным и
творческим — и таким должно быть.
Эта падшесть имеет свою структуру
сознания, она побеждается не только покаянием и искуплением греха, но активностью всех
творческих сил человека.
А
творческий акт всегда предполагает самобытность, самостоятельность и свободу личности, которой не знает пантеистическое
сознание [Кн. Е. Трубецкой в «Миросозерцании В. С. Соловьева» в самой крайней форме отстаивает свободу Бога от мира и мира от Бога.
Старое религиозное
сознание могло лишь поставить вопрос об оправдании
творческого опыта.
В моральном
сознании нового человечества есть
творческие ценности, которые не были раскрыты в христианской морали.
Лучшие люди начинают сознавать, что наступает конец старой, пассивной философии необходимости, в какой бы форме она ни являлась — в метафизической, критической или позитивистической [Гениальное и дерзновенное
сознание того, что философия должна быть органом
творческой активности человека, есть у неведомого русского мыслителя Н. Ф. Федорова.
Новое религиозное
сознание ставит вопрос о
творческом опыте как религиозном, как оправдывающем, а не требующем оправдания.
Догматизм есть выражение фиксированного, избирающего
сознания,
сознания, дерзнувшего на
творческий акт.
Только кризис религиозного
сознания может привести к
творческой философии творчества.].
В лучшем случае,
творческое дело Пушкина допускается и оправдывается религиозным
сознанием, но не опознают в нем дела религиозного.
Это новое, небывалое еще религиозное
сознание,
сознание творческой мировой эпохи.
В этом, быть может, положительная миссия германской мысли как выразительницы последнего
сознания человека перед вступлением его в
творческую религиозную эпоху.
В темных недрах жизни навеки остается бунтующая и богоборствующая кровь и бьет свободный
творческий источник [Не только в старом православном
сознании, но и в новом теософическом
сознании есть слишком большая утишенность, усмиренность
творческих порывов.
Господствующая теперь «социальность»
сознания закрывает
творческую тайну общения, ибо отрицает, не хочет знать космическую природу человека и общества, отрывается от органических корней общения.